Топ-100

23 Апр 2017

Москва - Магадан

фото: Владимир Здоров, Степан Берестов,
Николай Авдеев, Евгений Рябченко

»20 лет назад у меня была мечта — поехать на мотоцикле в Магадан. Просто тогда в моей географии именно этот город представлялся максимально возможным конечным пунктом, который можно было достичь на мотоцикле. Спустя долгие годы мечта превратилась в реальность, я не обрюзг в бесконечных проблемах современной жизни рутины, не придумал себе тысячи таких весомых оправданий и «но», смог увидеть всю бесконечную палитру огромной страны…

Помимо идеи самого путешествия редакция журнала решила провести самое жесткое сравнение двух больших туристических эндуро — BMW R1200GS и Honda VFR1200X Crostourer. Думаю, на сегодняшний момент, после 11 000 км пройденного пути, из которых последние 3000 км пришлись на глину, песок, броды и камни трасс «Лена» и «Колыма», ни один из мотожурналист не имеет столь богатого опыта и понимания этих двух мотоциклов. Возможно, теперь мы знаем про них больше, чем их производители…

 

Москва — Казань, или Меч Джедая
Дорога на Восток начинается с трассы М7 (для любителей накрутить на спидометры чуть больше, можно поехать от Москвы и через М5, однако помимо большего километража особых преимуществ такой маневр не даст). Уже первые сотни километров пути до Нижнего Новгорода провели весьма ощутимую черту между BMW и Honda. R1200GS — германский атлет, средоточие мускулов вперемешку с морем электроники и бесконечными режимами работы подвески системы ESA, но… Honda — комфортнее, удобнее, ветровое стекло даже в нижнем положении дает лучшую ветрозащиту и практически полностью избавляет водителя от необходимости каждые 200 км очищать визор шлема от сотен невинно убиенных насекомых. Сразу за Нижним Новгородом на АЗС нас ждал «челлендж». После заправки бензобака «до полного» (сильно позже мы узнаем, что в Восточной части страны используют другое выражение при подобной процедуре — «наливом»!) «подписанный» под это путешествие Степан, не подозревая об оставленной мною ловушке, безмятежно опустил забитую, как маршрутка в час пик, сумку на бензобак, в крышке которого я так ловко оставил ключ от замка зажигания… Надо заметить, что ключ у Crosstourer если и короче, чем меч, то ненамного. Разумеется, в итоге он погнулся где-то под углом 90 градусов… Но это было только начало, а финальным аккордом стала попытка повернуть его в замке зажигания, где он «благополучно» сломался пополам. Итого получилось: бензобак, не изуродовав конструктив, больше не открыть, зажигание, соответственно, не включить. На улице +28 ºС, кругом светло и чудесно, мы отъехали «целых» 400 км от Москвы, но ехать дальше уже не можем. После шаманских плясок с остатками ключа и его «проглаживанием» увесистыми «монтажками» для колес (которые, разумеется, лежали на самом дне 90-литровых туристических сумок) каким-то чудом удалось совместить остатки ключа в замке и его ампутированную часть — есть контакт! Впрочем, глобально это проблему не решало, ведь бензобак всё равно надо было открывать, да и оставлять мотоцикл на ночь с ключом в замке зажигания, наверное, тоже не самая хорошая идея…

Разумеется, возвращаться назад — последнее, что хочется делать в путешествии, поэтому мы предприняли попытку дотянуть на имевшемся топливе (благо баки были полные) до Казани, где обитают хорошие знакомые аборигены, способные решить и не такой вопрос. В режиме «здравствуй пенсия» 21-литрового бензобака Honda хватило ровно на 400 км, другими словами — прямо до дверей сервиса. Ввиду некой скользкости темы не буду вдаваться в подробности реабилитации, скажу лишь, что на выходе у нас получился новый ключ (разумеется, с переставленным чипом), и вопрос был решен!

Казань — Набережные Челны — Уфа — Миасс
Этот участок пути, помимо того что отделяет вас от столицы уже на два часовых пояса, примечателен также и тем, что вы пересекаете Уральские горы и границу Европы с Азией. Собственно, на трассе имеется соответствующий монумент, исписанный недалекими современниками до последнего камня. Из других особенностей стоит отметить, что и в Мордовии, и в Татарстане, и Башкирии число страждущих, желающих продать вам полосатые палочки, чуть ли не превышает численность населения. К счастью, интерес похожих, как родные братья, полицейских вышеозначенных регионов (наверное, это отголоски татаро-монгольского ига) к мотоциклам, скорее, гипотетический… Ну в самом деле, зачем устраивать себе сложности, когда возле «кассы» уже покорно томится в очереди десяток автомобилей, так нагло проехавших 120 км/ч по идеальной четырехполосной дороге под заботливо установленный накануне знак ограничения скорости «40». Кстати, будете в Набережных Челнах и увидите мотель под романтическим названием «М7», смело открывайте ручку «газа»: удобства в коридоре и кровати из пионерского прошлого! Такие «пять звезд» еще будут в ассортименте и в республике Якутия, и в Магаданской области. По крайней мере до Иркутска можно обойтись без подобного рода экзотики.

Миасс — Карабаш — Касли — Екатеринбург
История с ключом зажигания Crosstourer заставила нас слегка изменить маршрут: представители компании Honda выслали второй ключ в Екатеринбург, где располагается ближайший дилер марки, который был у нас относительно на пути. Разумеется, путь на Восток можно укоротить, пройдя через Челябинск и дальше на Курган и Омск, но это был не наш вариант. Уже к этому моменту и Honda, и BMW демонстрировали абсолютно идентичный расход топлива: при скоростях 140–150 км/ч аппараты потребляли около 6,5 литра на 100 км, но вся техноутонченность и мощь «немца» разбивалась о бесконечный комфорт и релаксирующую посадку водителя VFR1200X. Последний раз я был в Екатеринбурге 12 лет назад, тогда город поразил полным отсутствием дорог. Угадайте, с тех времен что-нибудь изменилось?..

Екатеринбург — Тюмень — Омск
Именно на этом отрезке пути начинает уменьшаться трафик, и понимаешь, что полностью погружаешься в особый ритм дороги, живешь по ее законам и молча сочувствуешь оставшимся в большом городе. Здесь Москва отдаляется еще на один часовой пояс, а из наиболее ярких впечатлений — «сбежавшее» на щедро разлитом дорожниками битуме переднее колесо R1200GS. Как сказал ехавший сзади Степан и наблюдавший всё это из первых рядов, он уже радостно представлял себе, как летит на самолете домой… Но тогда я бы не смог показать ему «реальных якутских пацанов» с плещущейся внутри черепной коробки огненной жидкостью вместо мозгов и заряженными ружьями. Не увидел бы Степан и заброшенных городов Колымы, и самой большой головы Ленина в Улан-Удэ, не смог бы поездить по снегу горных перевалов Оймякона при –7 ºС, не «обсох» на единственной в радиусе 500 км заправке с надписью «бензина нет»… Так что падение не входило в мои планы. Просто дорога очередной раз напомнила, что расслабляться можно дома в кресле, но не в путешествии. 


Омск — Новосибирск — Кемерово — Красноярск — Иркутск
За спиной были уже тысячи километров пройденных дорог. Западная Сибирь перетекла в Восточную, мы разменяли еще один часовой пояс, но Магадан по-прежнему оставался какой-то эфемерной иллюзорной точкой, находящейся даже дальше, чем Марс. Из разговоров в пути: «Ребят, вы куда?» — «В Магадан!» — «Нет, а серьезно?..». Или: «Вы куда?» — «В Магадан!» — «Что, проспорили?!.» 680 км между Омском и Новосибирском — настоящий хайвей (по российским меркам, разумеется). При должной настойчивости, на таких монстрах как у нас (я про мотоциклы!), проходится всего за пять часов, что мы, собственно, и сделали. Столица Сибири для меня как родной дом — я уже сбился со счета, сколько раз ездил сюда на мотоцикле! Но с точки зрения фирменной навигационной системы BMW здесь уже кругом тайга — 200 м вправо от одного из центральных проспектов на улицу Фабричная, и немецкая электроника в панике просит вернуться с бездорожья… С учетом вынужденного вояжа в Екатеринбург мы были уже в 4000 км от дома (правда, в нашем случае — скорее, «всего») и «потеряли» еще один час. В Кемерово впервые воспользовались целым миром единого байкерского братства — это так называемые байк-посты, которые готовы принять любого мотопутешественника. Энтузиасты и сподвижники мотодвижения могут встретить в городе, проводить до нужного места, обеспечить бесплатным жильем и стоянкой для мотоцикла. Чисто теоретически, если путешественник стеснен в средствах и безразличен к комфорту, то на всем пути можно практически полностью избежать ночевок в отелях или гостиницах — перемещаться по байк-постам вплоть до конечной точки следования! Правда, на отрезке Якутск — Магадан такой вариант не пройдет, если только не остаться на ночь в берлоге у сочувствующего мотоциклистам медведя… Впоследствии мы еще дважды воспользовались такой возможностью в Улан-Удэ и Могоче, но сначала нас ждал Красноярск, где оба мотоцикла были «переобуты» во внедорожную (как нам, наивным, тогда казалось) резину. Crosstourer получил новый Continental TKC80, а R1200GS ощетинился редкой и «злой» «шашкой» Metzeler Caroo 2. Несмотря на громкие речи и увещевания слуг народа, сиречь наших правителей, самая длинная трансконтинентальная трасса в мире М7 по-прежнему не имеет 100 % асфальтового покрытия. Между Красноярском и Иркутском, как, впрочем, между Иркутском и Улан-Удэ и дальше, между Улан-Удэ и Читой, имеются грунтовые участки разной степени «убитости», в общей сложности легко дотягивающие до 200 км. Нам повезло, что мы проехали эти участки без дождей — в противном случае это были бы глиняные ловушки и много часов «развлечения» с тяжелыми мотоциклами.


Иркутск — это уже пять часов разницы с Москвой и… позы (они же бузы) — шедевр бурятской кухни. Тем «знатокам», которые скажут, что это просто большой пельмень, можете смело вылить ведро гудрона на голову — определенно, этим людям вкусовые рецепторы не нужны. Правильно приготовленные позы — одно из самых вкусных блюд в мире, требующее соответствующих навыков поглощения: подносить ко рту позы нужно исключительно руками, откусывая верхушку, чтобы выпить бульон, и уже потом завершать процесс. Описывать вкусовые ощущения — занятие априори бесперспективное, приблизительно такое же, как пытаться описать Байкал, который встретит вас почти сразу за Иркутском. Величественное море пресной воды лишь отразит скудность вашего языка и ничтожность даже самой дорогой фотоаппаратуры… Выход, как всегда, один — увидеть всё собственными глазами.

 

  

Иркутск — Улан-Удэ — Чита — Могоча
Чем дальше на Восток, тем меньше остается общего в жизни и укладе людей, которых ты встречаешь на пути. Меняется всё — начиная от лиц и заканчивая самой дорогой. Здесь всё другое: машины, люди, цены (как вам, например, АИ-92 по 38 рублей за литр?!)… Впрочем, почему меняется? Ведь для тех, кто живет за Байкалом, путешественники на мотоциклах из западных регионов — такие же непонятные, пресытившиеся благами цивилизации люди, как и европейцы. Если свет от Солнца падает на Луну под другим углом, она кажется месяцем, но ведь это не значит, что Луна изменилась?.. Из телефонного разговора президента мотоклуба Улан-Удэ: «У меня здесь двое путешественников на мотоциклах, надо встретить, разместить!.. Иностранцы? Нет, москвичи…» Улан-Удэ поразил идеальными проспектами, ночной город подсвечен не хуже центральных улиц столицы! Разумеется, не обошлось без встречи со знаменитой гигантской головой Ленина. Потом еще около 1000 км серпантинов почти пустой дороги (как нам тогда казалось) и Чита, где мы обзавелись канистрами емкостью 15 л (что впоследствии нам всё равно не помогло). Последний бросок по М7 до населенного пункта Могоча, оставившего после себя очень гнетущее, удручающее чувство. Мрачный поселок городского типа с действующими декорациями постапокалиптического будущего, где коровы питаются прямо из помойки, сотни разновидностей дешевой водки в магазине, первый утренний «минус» температуры воздуха и заправка времен развитого социализма. С другой стороны — замечательный байк-пост, где нас встретили как родных, ночные разговоры про жизнь, плавно перетекшие в утро, и… новый мир, ожидавший нас утром следующего дня. Мир, где все представления о сложностях и превратностях пройденного до этого пути будут вызывать у нас только ироничную усмешку. Мир, где большинству никогда не удастся побывать.

 

 

 

 

 

Могоча — Сковородино — Тында
Ледяное дыхание зимы встретило нас утром того дня, когда мы покидали «город-курорт» Могоча. В принципе, в чем-то здесь даже лучше, чем в Сочи: в отличие от питающегося надеждами на призрачное счастливое будущее населения грядущей столицы Олимпиады тут всё по-честному — никто ни на что не надеется, кругом полный мрак и беспросветная трясина тоски, помноженная на практически полностью разрушенную инфраструктуру и общую скудность окружающего пейзажа. Освежающие +2 °С окружающей действительности моментально вывели из возможной работоспособности даже самые «хитрые» визоры наших шлемов! Влага буквально висела в воздухе — в таких условиях ехать можно только при полностью поднятом стекле шлема и со скоростью не больше 30–40 км/ч. В противном случае, несмотря на то что как такового трафика на этом участке федеральной трассы нет в принципе, можно найти себе проблем. Впрочем, дальнейшая часть пути показала, что проблемы искать не придется — они уже ждали нас в «ассортименте» меню текущего дня! 

                                                          

Движение на участке трассы «Амур» между Могочей и Сковородино сходит практически к нулю. Ощущения абсолютно ирреальные: практически идеальный асфальт (правда, с одним очень серьёзным «но», о котором чуть ниже) и бесконечная тайга, вплотную подходящая прямо к полотну дороги. Фантастическая тишина, ни единого звука или шороха! Немного о том самом «но»: бесконечно ровное полотно асфальта в Амурской области — обманчивый мираж. Нет, никаких внезапных превращений в грунтовую дорогу или метровых ям — здесь всё хитрее. На дороге присутствуют едва заметные глазу волны, приводящие к прыжкам даже на мотоциклах класса эндуро уже после 120 км/ч! А если разогнаться быстрее, то амплитуда вылета будет куда больше, о чем красноречиво свидетельствовал уныло повисший на соснах Pajero, весь такой быстрый и красивый… Хотя, возможно, у него там гнездо?..

                                                                   

До недавнего прошлого именно этот участок трассы Москва — Владивосток считался наиболее опасным с точки зрения криминала и возможной встречи с «братками». Во многом такому положению вещей способствовали (или по-прежнему способствуют?..) несколько фактов: колоссальные расстояние между редкими населенными пунктами и полное отсутствие работы в этих самых пунктах. Собственно, не надо далеко ходить в прошлое — именно здесь несколько лет назад погиб мотопутешественник Алексей Барсуков, застреленный «миролюбивыми» сотрудниками кафе неподалеку от поселка Жанна, где Алексей отказался от совместного распития (да, в России это может стать в прямом смысле убийственным поводом для расправы!). Спустя некоторое время неизвестные сожгли кафе, где произошла драма, и находившийся рядом шиномонтаж. Также, вероятно, всё теми же неизвестными был установлен памятник всем невинно убиенным в пути… Такая история. У кого-то она закончилась в дороге. И дело здесь не столько в опасностях самой трассы, сколько в людях, которые порой куда страшней даже самого голодного хищного зверя…


Бескрайние просторы глухой тайги и вившаяся между ними трасса «Амур» — вот и всё, что мы видели последние шесть часов непрерывной езды, где Honda Crosstourer окончательно взял верх над, казалось, незыблемым авторитетом BMW R1200GS в плане комфорта. Нет, «баварец», безусловно, удобен и комфортен… если не попробовать проехаться на VFR1200X! Всё познается в сравнении. К двум часам дня наш «расслабленный» перегон на 8 000 км подошел к концу — мы стояли у знаменитого указателя, уводившего нас на трассу М56 на Якутск и Магадан! Столько времени и сил, переживаний и опасностей — и лишь для того, чтобы осознать, что это была своего рода разминка, можно сказать, пролог. Почти 3200 км от этого поворота до Магадана, из которых асфальта нет и 10 %!.. Разумеется, указатель был отмечен некоторым количество наклеек путешественников, но их там было исчезающее мало — пришлось исправить столь удручавшую картину и добавить символику нашего издания! Современная красивая «скрутка», ведущая на «Дорогу Костей», где сотни тысяч заключенных ГУЛАГа оставили свои жизни, обрывает всю связь с цивилизованным миром уже после 800 метров — асфальт заканчивается и начинается «грунтовка». Причем эта грунтовая дорога может быть разной: сложной, очень сложной, чертовски сложной, дьявольски сложной и просто непроходимой. Последний вариант — это если глиняный участок, с позволения сказать, «дороги» накануне поливался дождями (скажем, неделю-другую…). При таком раскладе трассу банально затапливает, ведь на этом федеральном (!) направлении в ассортименте имеются броды, почти незаметные в сухую погоду и превращающиеся в мутные бурные реки во время обильных дождей! За две недели до того, как мы проводили фотосессию возле указателя на Магадан, именно из-за проливных дождей часть трассы «Колыма» была просто смыта, а движение по ней остановлено! Поэтому понятие «непроходимая» здесь — не какая-то утрированная абстракция, а вполне возможная перспектива… И мерить расстояния тут асфальтовыми километрами — то же самое, что пытаться убить медведя из рогатки.


Первые поселения на нашем пути по М56 до Якутска — Соловьевск и Тында. 180 км до Тынды — это максимум два часа езды по асфальту, но здесь совсем другие километры, и пытаться рассчитать время прибытия куда-либо по трассе «Лена» — как убедить националиста в том, что все люди братья. Здесь наши суровые покорители бездорожья впервые хлебнули по полной «камасутре» условий, куда более подходящих для «настоящих» hard-enduro, нежели для перекормленных кроссоверов, которые в рекламных роликах способны пересекать весь мир! Или все-таки действительно способны? Довольно скоро нам предстояло получить ответ на этот вопрос! А для начала пришлось учиться обгонять редкие попутные машины и грузовики. Нет, мы не разучились в одночасье ездить — просто направление, состоящее из глины, камней и сланцевых отсыпей, в хорошую погоду обуславливает бесконечные многокилометровые шлейфы пыли (в случае с грузовиками вперемешку с камнями) за любым транспортом. Поэтому каждый обгон, как русская рулетка: приходилось практически вплотную приближаться к грузовику, чтобы попытаться хоть немного разглядеть картинку за облаком камней и пыли, затем почти слепой обгон с надеждой, что на встречной полосе не будет метровых ям или горы булыжников (как вариант — встречного грузовика). Разумеется, можно ехать и за грузовиком, километров 20 в час… Тем не менее, освоившись большую часть времени проводить стоя на подножках, нам удавалось держать довольно приличные для таких мотоциклов и типа покрытия 70–80 км/ч. Но… «морда» BMW периодически пыталась «сбежать», причем в очень серьёзных амплитудах. «Лечение» только одно — открывать «газ»! Виновный был вычислен сразу же — покрышки Metzeler Karoо 2 (наверное, хорошая резина, но только для каких-то других условий…). Куда более тяжелый аппарат Honda на Continental TKC80 вел себя на грунте намного приличнее! Вдобавок ко всему на одной из стоянок обнаружилась грыжа на переднем колесе BMW, а более детальное обследование передней покрышки позволило выявить еще парочку таких же недугов… Да и состояние заднего баллона было из серии «скоро умру», что особенно контрастировало на фоне всё еще живого Continental TKC80, установленного на Crosstourer!


Под вечер нашего первого дня на М56 мы прибыли в славный город Тынду — столицу БАМа, с населением около 20 000 человек и даже стайкой замеченных нами местных мотоциклистов! Недолгие поиски привели в гостиницу, где за обязательным вечерним кефиром осознали, что временные рамки, которые мы отводили на этот участок пути, придется серьёзно расширять… Добавлял пикантности ситуации и прогноз погоды — вероятность «схватить зиму» на горных перевалах «Колымы» росла в геометрической прогрессии. По факту получалось, что за половину светового дня мы проехали 180 км грунта, и то, если быть до конца честным, последние 20 км перед Тындой был пусть и плохонький, но все-таки асфальт. Стала очевидна и еще одна деталь: несмотря на нашу предусмотрительность (как нам казалось) и на установленные на мотоциклы в Красноярске новые «шашки», было очевидно, что по крайней мере на BMW резина до Магадана точно не доедет, и, дай бог, чтобы она дотянула хотя бы до Якутска! Сontinental на Honda чувствовал себя лучше, но с большой долей вероятности также мог погибнуть куда раньше, чем мы смогли бы увидеть надпись «Магадан»! Были и положительные моменты: на трассе по-прежнему попадался Аи-95, а многочисленные медведи, которыми каждый встречный житель считал своим долгом нас запугать, встречались исключительно в фольклорных рассказах аборигенов.

 


Тында — Нерюнгри — Алдан
На Севере всё по-другому, и в первую очередь — люди. В отличие от европейской части населения нашей огромной страны, где мы привычно жалуемся на автомобильные пробки, в этих местах другие проблемы: экстремально низкие температуры зимой, отсутствие полноценного автомобильного сообщения и полное забвение к собственным гражданам со стороны государства, у которого здесь и так хватает серьёзных проблем — нужно максимально полно выкачать все природные ресурсы! Почти сразу за Тындой начинается совершенно дикая природа: кругом тайга и фантастическая тишина, непривычно режущая слух городского жителя. Дорога понемногу начала петлять, появились первые признаки гор… И вдруг сюрприз — за очередным поворотом стоял упакованный Yamaha XT660X Tenere! Знакомимся, «погонщика пианино» зовут Ян, и он тоже едет в Магадан! Но, в отличие от праздных путешественников вроде нас, Ян ехал к себе домой, причем из Петербурга, где он, собственно, и приобрел мотоцикл. Небольшой такой «забег» на 13 000 км!.. Почему 13 000? Потому что по пути домой Ян заезжал в Белгород, не забыл посетить Самару и еще ряд городов — действительно, всё так близко и рядом, почему бы и нет?.. Такой типичный житель Магадана. А вы говорите, что челябинцы настолько суровы… Итак, у нас появился попутчик, человек, который ехал на мотоцикле в Магадан из европейской части страны уже третий раз! Бесценный опыт! Но, как это всегда бывает, были нюансы: два первых путешествия Ян не закончил — оба раза были падения, приводившие к поломкам, причем организма. Всё случалось уже на «Колыме», и это притом что Ян постоянно занимается мотокроссом и по гравию ехал на порядок быстрее наших сухопутных дредноутов, а после поджидал нас у каких-нибудь особенно живописных мест, чтобы сделать пару снимков и снова раствориться за горизонтом. Поневоле задумаешься, насколько опасной может оказаться эта трасса и насколько далеки мы были от реального положения вещей, когда планировали путешествие! Но дороги назад уже не было, и нужно было двигаться дальше. Благо судьба, вероятно, удивившись нашей наглости и выбору техники для путешествия, благоволила нам — было сухо и аномально тепло для здешних мест и начала сентября. Там, где по камням проходил грейдер, мы чувствовали себя, как на автобане — чего уж говорить о том редком счастье, когда под колесами мотоциклов оказывался асфальт! Да, на трассе «Лена» есть асфальт — он периодически всплывает без предупреждений и так же неожиданно заканчивается, растворяясь в тысячекилометровом ковре якутской тайги!


В Нерюнгри впервые остались без Аи-95. На заправке нас попросили предъявить карточку «Саханефтегаз», которой, конечно, не было. А нет карточки — нет Аи-95! Но мотоциклы неплохо приняли и Аи-92, тем более что «у нас с собой было». Нет, это не то, о чем вы подумали, мои дорогие испорченные читатели! «Это», разумеется, у нас с собой тоже было, но в данном случае я говорю об октан-корректоре Liqui Moly — не самая последняя вещь в здешних местах! Чуть забегая вперед, отмечу, что до Якутска разжиться Аи-95 нам ни разу не удалось… Несмотря на то что большую часть пути мы старались двигаться в течение дня так долго, как это только возможно, «Лена» очень неохотно расставалась со своими километрами. Чтобы жизнь не казалась малиной, некоторые участки трассы дорожники поливали водой — получался почти спидвей на 300-килограммовых эндуро. Запомнилась встреча с канадским путешественником, уже возвращавшимся из Магадана на страшной помеси BMW и КТМ — сразу было видно, что человек, в отличие от нас, очень долго и тщательно готовился к этому путешествию: дополнительные баки бензина по бокам, «злая» кроссовая резина, минимум веса… Когда он слез с мотоцикла, я почувствовал, что мир перевернулся,— последний раз так высоко задирать голову наверх мне приходилось, когда я случайно столкнулся с Николем Валуевым! 208 см роста и полное недоумение от нашего трио… И если относительно легкий Yamaha XT660X Tenere не вызвал у него вопросов, то вид наших мастодонтов (я про мотоциклы!) отразил в его глазах всё, что он думает о наших со Степаном умственных способностях. Дословно Дейв (или, черт побери, как там его звали?! я не уверен, что правильно расслышал имя из-за развитой растительности на его лице) сказал, что даже со своими антропометрическими данными он бы ни за что не сунулся на Колыму на таких аппаратах. Потом был очень эмоциональный монолог о бесконечной глине, грязи и песке, где он сотни раз был на грани падения. О том, что даже у такого подготовленного волка от эндуро путь от Магадана до Якутска занял шесть дней и что оставшиеся десять дней он приходил в себя в Якутске! Честно говоря, оснований ему не доверять не было, но… во-первых, как я уже говорил, у нас всё равно не было пути назад и, во-вторых, я очень надеялся, что канадец излишне эмоционален и слегка преувеличивает. Как показало будущее — он изрядно преуменьшал!..


Вечером того трудного дня нас ждала гостиница «Странник» в поселке городского типа Алдан. Думаю, даже самый отъявленный оптимист не присудил бы этому заведению и одной звезды. Чтобы у вас не закралось сомнения ввиду столь красивого названия, я поясню, что такое «Странник»: представьте себе слегка обустроенный барак с койко-местами вдоль обшарпанных стен и одиноким туалетом в мрачном коридоре, больше похожим на каземат. Не нравится? Пожалуйста — следующая гостиница в Якутске, всего-то 500 км по тайге плюс паромная переправа… Алдан — Улу — Качикатцы Совершив набег в местный продуктовый магазин (в «Страннике» было так много дорогих ресторанов, предлагавших все виды национальных кухонь, что мы просто растерялись…), мы, осчастливленные шпротами, черным хлебом, упаковкой сибирских пельменей и обязательным вечерним кефиром (разумеется, однопроцентным и обезжиренным!), устроили себе не самый плохой ужин! Утро встретило нас тропическими +1 °С и иссинячерным небом, на фоне которого все работы даже самых мрачных художников, работающих в апокалиптической стилистике, — просто цветастые книжки-раскраски для детей дошкольного возраста… А ведь здесь тоже живут люди, работают, учатся… Как ни странно, но толп пьяных воинствующих якутов, почем зря палящих из дробовиков вокруг себя, которыми нас запугивали «знающие» люди еще в Забайкальском округе, как-то не наблюдалось (это счастье ждало нас дальше — за Якутском). Зато наблюдался грустный Ян около мотоцикла с пробитым передним колесом, понуро ожидавший нас (о чудо!) на небольшом кусочке асфальта! Надо заметить, что в этот раз Яну повезло — пробей он покрышку где-нибудь на камнях, где он так бодро держал больше 100 км/ч, думаю, и третья попытка добраться до Магадана тоже могла потерпеть фиаско. Дело в том, что, в отличие от бескамерных колес, старая добрая «камерка» при некотором стечении обстоятельств (а Ян именно это «стечение» и поймал!) может мгновенно потерять воздух! И дальше всё уже будет зависеть от воли случая и провидения. Наверное, Яну перепала часть нашей удачи и везения, которые мы везли с собой из Москвы, не иначе. Правда, он (дикарь!) почему-то мою точку зрения не поддерживал…

 

 


Как вы думаете, сколько может занять процесс лечения переднего колеса с учетом того, что у Яна была с собой не только запасная камера, но и новая покрышка, которую он, видите ли, до этого не устанавливал из соображений экономии? Хотя старая шина, на мой взгляд, была мертвой еще 800 км назад, в момент нашей первой встречи, за три дня до этого случая… Так вот: добрых три часа! Многоопытный Ян вез с собой насос таких микроскопических размеров, что, мне кажется, он был не в состоянии накачать даже воздушный шарик. Нас выручил проезжавший камаз, на борту которого оказался мощный компрессор. Кстати, мы его почти не ждали — буквально часа два, не больше… Казалось, еще небольшой рывок и мы будем в Нижнем Бестяхе, откуда, собственно, и берет свое начало самая сложная часть пути, трасса «Колма». Но у BMW были на этот счет свои планы: в какой-то момент на очередном «спецучастке» мне показалось несколько странным, что заднее колесо уже в который раз пытается обогнать переднее, а связка «маятник — кардан» издает такие канонады, на фоне которых даже камаз без глушителя — жалкий электромобиль… Пришлось остановиться для детального изучения проблемы. Долго вдаваться в технически дебри GS’а не пришлось: задний амортизатор полностью лишился масла! И нет, я не вез с собой, как это принято у некоторых «бывалых» туристов, половину квартиры! У нас даже не было боковых кофров, а сумка Touratech, закрепленная на «хвосте», не дотягивала и до 20 кг! При таком раскладе Якутск становился обязательной программой, и нам нужно было на паром, до которого оставалось 100 км… Никогда не хотели поездить на тяжелом эндуро с пустым амортизатором по трассе «Лена» ночью? Я вот тоже как-то не планировал, но ближайшая альтернатива в виде попутного и при этом еще и пустого грузовика могла появиться, скажем, часов через шесть, ну или на следующий день… Да и кто сказал, что водитель этого гипотетического грузовика только и мечтал всю свою сознательную жизнь, как бы подвести слегка прихворавшего «гуся» до Якутска? Как следствие, к Качикатцам, от которых ходит паром на ту сторону Лены, мы-таки добрались к 11 вечера.


По имевшейся у нас информации, последний паром мы уже пропустили, но, на наше счастье, в 4 км от Качикатц было обнаружено и немедленно оккупировано работавшее кафе, где мы мгновенно «выбрали» все блюда из имевшегося меню. Однако из разговоров с местными столовавшимися аборигенами мы поняли, что есть еще «самый последний», ночной паром, который должен был отойти буквально минут через 20! Здесь трапеза была мгновенно закончена, и наши с Яном пути разошлись — он уехал в ночь (и это при практически нулевой температуре!) в сторону Нижнего Бестяха, а мы попытались в кромешной темноте отыскать, где же в Качикатцах находится паром! В отличие от нашего нового магаданского знакомого, которому на ту сторону Лены попадать было совершенно незачем, Якутск представлялся нам единственно возможным решением неожиданно возникшей технической коллизии с «немцем». Нет, мы не питали иллюзий по поводу возможного ремонта или тем более покупки амортизатора для BMW R1200GS 2013 года, но… Якутск соединен с Москвой регулярными прямыми рейсами! Оставалась самая малость — найти паром и успеть на него, «допрыгать» на плохо управляемом BMW оставшиеся после переправы 80 км до города, найти там гостиницу, «протрясти» Москву на предмет отправки нам самолетом нового амортизатора, поменять деталь, а заодно решить вопрос с резиной… В общем, сущие пустяки. 

Качикатцы — Якутск
В полпервого ночи в Качикатцах не было не то что ни единого пешехода, но и света ни в одном из деревянных домов! Пытаться искать местных аборигенов на предмет допроса с пристрастием о местонахождении парома было бессмысленно, но шестое чувство и везение (которое, надо полагать, уже давно проклинало, что связалось с нами) помогли выполнить миссию! На паром мы заехали в последнюю минуту, полностью заняв двумя мотоциклами оставшийся свободный клочок пространства. Здесь впервые с момента выезда из Москвы нас все-таки догнал дождь. На том берегу Лены непогода превратилась в ливень, что вкупе с накопившейся усталостью, не работавшим амортизатором BMW и асфальтом в состоянии хуже «грунтовки» дали нам возможность
«наслаждаться» оставшимися 80 км до города еще три часа! В Якутске нас встретил и очень помог со всеми «движениями» президент байк-клуба «Северное Братство» Валерий Баев — вместо того чтобы заниматься своим делами, он фактически убил на нас три дня!

                                                                    

Вы можете представить что-то похожее в Москве?.. Столица республики Саха встретила контрастами: убитые грунтовые (!) дороги пригорода и почти игрушечный, но очень чистый центр, красивая набережная и обязательная улица Ленина. Якутск расположен в долине Туймаада и является самым крупным городом в районе вечной мерзлоты, население — примерно 300 000 человек, из которых приблизительно половина — коренные якуты! Спидометры мотоциклов показывали уже больше 9000 пройденных километров, время три часа ночи (в Москве только 9 вечера!), термометр «радовал» целым градусом тепла по Цельсию, а мы парковали мотоциклы во дворе гостиницы — самый тяжелый день путешествия был закончен. Следующие три дня в ожидании новой резины для мотоциклов и амортизатора для BMW из Москвы мы пытались ассимилироваться с жителями города: учили якутский язык, поедали позы, приобщались к местной культуре, а также посетили городское ГИБДД, где его начальник в красках и подробностях рассказал о том, что нам предстоит на пути до Магадана. Набор был стандартным: пьяные и вооруженные жители улусов (деревень), медведи, броды, отсутствие топлива, возможный снег на перевалах и отрицательная температура. Любопытно, что если не брать в расчет медведей, то он как в воду глядел, а вечером следующего дня нам пришло смс-сообщение от Яна, который успел «поймать» последний паром до Хандыги, примерно такого содержания: «Температура падает, ехал в –5 °С почти 6 часов! Снег лежит уже возле самой дороги, рекомендую поторопиться!»


Увы, но мы были заложниками ситуации и работы транспортной компании, вследствие чего смогли получить долгожданный амортизатор и покрышки на мотоциклы только на третий день пребывания в Якутске. В тот же день на фирменном сервисе BMW сплошь из стекла и бетона, с миловидными секретаршами в коротких юбках, постоянно приносящими горячий шоколад и икру, нам поменяли покрышки и амортизатор. Ну, почти так… Фирменный сервис BMW в Якутске — это гаражный кооператив, а миловидные секретарши — плод воображения. В реальности же все роли в одном лице умело выполнил Степан… Мы катастрофически не успевали, поэтому выехали из города фактически в ночь — нам нужно было снова пересечь Лену на пароме. Впереди нас ждала «Дорога Костей» и 2000 км до Магадана. Нас ждала Колыма… 

                                                                  

Якутск —Нижний Бестях—Чурапча
Попасть из Якутска на трассу «Колыма» можно только одним способом — на пароме. Для нас это был уже второй паром в этих чудесных местах, поэтому мы ловко объехали хвост ожидавших его прибытия автомобилей, нескромно встав самыми первыми… Возражений со стороны местных жителей не последовало. В начале сентября желающих отправиться в сторону Севера было не так много, что во многом объясняет реакцию людей даже в столице республики Саха, услышавших о нашей конечной цели,—«Что, Магадан?!» Почему-то мне казалось, что уж в Якутске Магадан не должен казаться столь недостижимой звездой на далеком небосклоне и точно не должен вызывать такие реплики, однако спустя совсем недолгое время трасса М56 всё быстро расставила по своим местам.

                                                                             

Пришедший с той стороны Лены паром «выплевывал» машины, закиданные глиной до такой степени, что все организаторы даже самых экстремальных раллимарафонов должны были немедленно умереть от зависти. Два раза. Мы до последнего отказывались верить своим глазам, пробуя убедить себя, что федеральная трасса не может быть в таком состоянии, пытались придумать какие-то объяснения —например, что все машины закидали грязью грузовики… Однако «упакованный» глиной по самое «не балуйся» камаз безжалостно разрушил так хорошо выстроенную теорию. До «судного дня» оставалось меньше 30 минут хода парома. Первые же метры пути по М56 развеяли наши опасения: всё оказалось не плохо, а очень плохо. До омерзения скользкая жидкая глина мгновенно забила только установленную в Якутске фактически новую «шашку»! Сама глина по консистенции напоминала пластилин, налипая десятками дополнительных килограммов на и без того тяжелые мотоциклы. Спустя двадцать минут барахтанья в грязевых ваннах удалось поднять скорость передвижения по этой субстанции с 10 км/ч до фантастических 30 км/ч!.. Секрет прост: нужно полностью абстрагироваться от руля, просто даже не мыслить в сторону малейшего контроля переднего колеса, ибо в тех условиях это занятие априори бессмысленное и бесперспективное! Передняя часть мотоцикла постоянно живет своей жизнью, и любое движение на предмет «отловить перед» неминуемо будет заканчиваться падением. Техника движения — только «на газу» и максимально расслабленные руки, никаких попыток держать руль… Девять часов таких развлечений в кромешной темноте (удивительно, но М56 как-то не очень хорошо освещается) при околонулевой температуре в итоге дали нам «колоссальную» цифру пробега —160 км!.. Мы достигли центра районного улуса, деревню Чурапча. Те немногочисленные смельчаки, обогнавшие нас по пути, встречались дальше, уютно устроившиеся и красочно раскиданные по сторонам вдоль, с позволения сказать, дороги.

                                                                        


Тем, кто просто вылетел с трассы, оставалось ждать помощи в виде разве что гусеничного трактора, но были и «счастливчики», приложившие свои машины на бок —этим ребятам, определенно, был нужен кран. Сразу вспомнились предупреждения встреченного на жутком кентавре BMW с KTM канадца, который с ужасом в глазах поведал о глине и сложностях пути… Либо «сын кленового листа» тогда не договаривал, либо ситуация с момента его проезда еще ухудшилась: были места, где банально не получалось просто ходить, не говоря уже про езду на мотоцикле! А незадолго до Чурапчи мы оказались в небольшой низине, из которой с трудом выбрались на первой передаче —проходимость мотоциклов в этом месте «федералки» оказалась на грани… Вопросов о том, как здесь ездят дальнобойные грузовики, у меня уже не было, поскольку ответ был очевиден —никак! А те редкие фуры, которые все-таки попадались нам в пути, в лучшем случае беспомощно шлифовали глину на месте, однако их можно было наблюдать преимущественно по сторонам трассы, удобно «устроенными» на отдых в канавах. Там, где не было канав, были откосы —соответственно, на «место отдыха» особо удачливым нужно было проскользить вниз несколько метров. Не могу сказать, что подобные картинки вселяли каменное спокойствие и уверенность в собственных силах, однако альтернатив не было даже в теории: поставить палатку в глиняное месиво можно было разве что прямо на «дороге», так как всё, что находилось вне пределов грязи, очень напоминало болото. И даже если бы мы гипотетически все-таки нашли хотя бы относительно сухой островок грунта, то принимать в гости медведей или, что куда хуже и опаснее, аборигенов очень не хотелось: столь неожиданное рандеву вряд ли закончилось бы прекрасной дружеской вечеринкой… Поэтому, собрав все имевшиеся в организме ресурсы (и еще немного позаимствовав у раздутых самомнений), мы с сатанинским упорством продолжали пробиваться на север! В результате, где-то к трем часам ночи мы стояли на въезде в Чурапчу, возмущаясь цене 39 рублей за литр Аи-92 (в то время мы еще не видели цен на топливо в Магаданской области по 44 рубля за литр Аи-92…), и мучились известным вопросом русской интеллигенции «Кто виноват и что делать?». И если на первую часть вопроса ответ был очевиден (во всяком случае, для Степана, ведь это я втянул его в эту небольшую увеселительную прогулку…), то вторая часть извечной фразы вставала перед нами со всей серьёзностью: силы были на исходе, и даже мои обычно саркастические шутки на выходе получались лишь беззубыми репликами уставшего от недалекой публики третьесортного сатирика.

Чурапча —Ытык-Кюёль
В этот раз удача подкатила к нам не на обязательной, как спортивные штаны в этих краях, «буханке», а на несчастной праворукой «японке», очевидно, чем-то серьезно согрешившей в Японии, вследствие чего попавшей не в Приморский край (эдакий загробный мир всего японского автопрома, куда каждый уважающий себя японец просто обязан отправить свою «старушку»), а в Якутскую область, деревню Чурапчу. И не надо меня спрашивать, как там эта машина ездит —понятное дело, что дальше той деревни никак!.. В самой Чурапче глины было куда меньше, во всяком случае, на двух центральных улицах. В умершей еще два десятка лет назад по всем цивилизованным меркам «японке» сидели «беловолосые голубоглазые спортсмены» и, о боги, на вопрос о гостинице они не ответили нам недоуменным остекленевшим взглядом, попутно передергивая затворы помповых ружей, а предложили последовать за машиной! Это была двойная удача: во-первых, нас поняли (90 % молодежи в улусах не говорит и не понимает по-русски), и, во-вторых, нас действительно подвезли к какому-то дому, вероятно, выполнявшему роль гостиницы, а не проводили в гаражи, где бы нам популярно и на хорошем якутском объяснили, как именно мы были неправы и где нужно подписать соответствующие дарственные документы. В этом месте сделаю небольшую репризу: за оставшиеся 1800 км пути до Магадана мы не встретили ни одной машины ДПС, равно как и ни одного представителя власти! Так что документы на транспортные средства там и не очень нужны… Соответственно, ввиду того что на дорогах как такового контроля практически не осуществляется, разве что дикими якутскими лошадками, пасущимися вдоль трассы, наблюдается поголовное (!) пьянство за рулем, что, безусловно, нужно учитывать! Теперь вернемся к «гостинице». Хозяйка практически не говорила на русском языке. Тем не менее наши паспортные данные были аккуратно переписаны в клетчатую тетрадку —последний раз я видел такую же в собственном портфеле, когда пошел в первый класс в 1982 году!.. Из удобств — две кровати, как в пионерском лагере, и «скворечник» на улице. Опять же, забегая на добрую неделю вперед, скажу, что следующий «цивилизованный» туалет будет только в Магадане!


Утром следующего дня нас ждал серьёзный «off-road пролог»: потребовалось около часа, чтобы банально преодолеть 100 м от гостиницы до центральной улицы поселка! Непрекращающийся всю ночь дождь сделал из малопроходимой грязи вокруг нашего пристанища настоящее болото! Чтобы мы не чувствовали себя одиноко, буквально в десяти метрах от нас в глине около часа копошился Toyota Land Cruiser —не самый плохой автомобиль в плане проходимости, но здесь таких машин исчезающе мало. Как я уже писал, преобладающее большинство автопарка Якутии —УАЗ 452, больше известный как «буханка», машина, не имеющая аналогов в плане проходимости, практичности и долголетия на конвейере. Ульяновский завод выпускает это реликтовое чудовище с 1957 года! И, можете мне поверить, даже если во всей России и остальном мире (а машина также экспортируется!) спрос на продукцию ульяновцев упадет до нуля, то благодаря Якутии завод сможет безбедно существовать еще долгие десятилетия… Наши надежды, что за ночь глина немного подсохнет, не оправдались: по-прежнему с трудом удавалось поддерживать около 30 км/ч. Вся поверхность радиаторов была на 100 % забита грязью, поэтому мы как-то привыкли к звукам постоянно работающих вентиляторов систем охлаждения. Что, заехать на мойку?.. О, да, как же мы не заехали на мойку!.. Очевидно, запутались в их бесконечном многообразии и спектре предлагаемых услуг. Из всей инфраструктуры на этой трассе есть тайга и… еще тайга. Момент истины случился уже в 80 км от Чурапчи, прямо возле деревни Черкех: радиатор Honda Crosstourer решил, что с него хватит, и выкинул струю зеленого антифриза… приехали! Мне, конечно, случалось пробивать радиаторы, но не на трассе «Колыма» и не на новейшей модели Honda 2013 года. Удивительно, но магазинов с радиаторами для VFR1200X рядом как-то не наблюдалось —подозреваю, что ближайший от нас магазин запчастей находился в Канаде, потому что до Москвы было, определенно, дальше! Так что при всем богатстве выбора нас ждала экскурсия в Черкех. Побарахтавшись в обязательной грязи, которой в деревне оказалось даже больше, чем на трассе, мы раза с четвертого смогли взять «языка». Я совсем не удивился, что человеком, понимающим русский язык, оказалась преподавательница этого самого языка, который здесь в школах изучают как иностранный! Дело немного осложнялось тем, что магазин запчастей ввиду субботы (почти еврейский шабат!) был закрыт. Но «звонок другу» —и вот уже мальчик (сын владельца магазина) открывает нам врата в неизвестность. Дело в том, что так называемая холодная двухкомпонентная сварка, безусловно, сваривает практически всё… но только в рекламе. А в суровой действительности я не раз сталкивался с тем, что волшебный тюбик не работает. И уж тем более в варианте с радиатором, где довольно высокое рабочее давление в системе и немалая температура. Кстати (вернее, совсем некстати), этой самой холодной сварки в магазине села Черкех могло просто не оказаться!.. Но судьба, в очередной раз подивившись нашей безграничной наглости, снова дала нам шанс.


Во время процедуры склейки радиатора, чтобы нам не было скучно, мы получили благодарных зрителей —полную «буханку» якутских охотников (все с ружьями) в состоянии, которое именуется «в дрова». Было видно, что руль в этой машине используется исключительно для того, чтобы водитель мог за него держаться и не выпасть… К сожалению, уйти от теологических дискуссий о сложности всеобщего устройства мироздания мы не смогли: технология работы с холодной сваркой предполагает, что ей нужно дать высохнуть хотя бы минут 40. Пришлось вступить в полемику. Причем для начала разговора нам немедленно было предложено выпить, а из закуски предлагалась поллитровка уже изрядно опустошенного лимонада. Отказаться? Да, в теории, наверное, можно отказаться от такого предложения… Но, когда на тебя направлены пять стволов, такого рода «no» будет воспринято как самое тяжелое оскорбление! Другими словами, отказаться, конечно, можно, но только при двух сценариях развития событий. Первый —вы Чак Норрис, и второй —это будет последнее, что вы успели сделать в своей жизни! Пришлось пить…
Спустя полчаса (как раз, когда сварка начала схватываться), охотники решили, что мы уже почти братья, и отправились дальше, предварительно влив в нас изрядное количество на удивление не самой плохой водки. Однако оставаться дальше в гостеприимном Черкехе нам не советовали даже те же самые парни на «буханке». Мы срочно ретировались! Удивительно, но место пробоя лишь «отпотевало» —сварка работала! Правда, оставался серьезный вопрос: как долго вся эта химия будет держать? С другой стороны —вариантов у нас не было никаких. Спустя еще 50 км мы остановились в селе Ытык-Кюёль —возникла тщетная надежда хотя бы попытаться отмыть радиаторы. Мы даже нашли «мойку»: два ведра, щетка и любознательные местные жители…

Таким образом, к 18 часам мы смогли «сделать» что-то около 200 км. Потрясающая скорость передвижения! Но нам опять везло: химия «держала» пробитый радиатор, и, наконец-то, закончилась глина!.. Она сменилась мокрым песком. Вот уж никогда не думал, что буду жалеть о глине, но, оказалось, бывает еще более сложное покрытие для передвижения. В тот момент мы были уверены, что хуже уже точно не будет… Наивные! Да, вот еще один момент: дело в том, что на нашем пути до Магадана была еще одна водная преграда —река Алдан, и, в отличие от Лены, здесь паромы ходят всего два раза в сутки. Впрочем, сказать достоверно, как именно они ходят и ходят ли вообще, на тот момент нам никто не мог. Последняя полученная от Яна информация была от том, что он попал на девятичасовый вечерний паром, однако этим сведениям было уже пять дней, и они могли оказаться неактуальными. Замаячила реальная перспектива ночевки на берегу Алдана!.. Но мы снова вытянули козырную карту из крапленой колоды: несмотря на жуткую речную гальку, сменившую под колесами песок, нас из ниоткуда обогнало несколько автомобилей на какой-то совершенно немыслимой скорости! И это с учетом того, что последние пять часов мы ехали в абсолютном одиночестве… Очевидно, эти парни спешили на последний паром через Алдан! Мы тоже прибавили. При этом мотоциклы «гуляли» по всей ширине трассы… Снова мы приехали к последнему парому, что называется, «в упор». И места на нем оставалось ровно под два мотоцикла! Думаю, если бы кто-нибудь в тот момент пригляделся повнимательнее, то наверняка увидел, что на багажниках наших мотоциклов развеваются два флага с надписями «Чак Норрис»…


Хандыга
Для слегка отстраненного от реальностей трассы «Колыма» читателя, при слове «паром» представляющего себе причал, здание морского вокзала и прочую инфраструктуру, я поясню, как именно выглядит «причал» с другой стороны реки Алдан. Представьте себе крупную речную гальку с камнями размером с футбольный мяч… Вот именно туда паром и опускает аппарель, по которой вы съезжаете на эту самую гальку. Да, между самой аппарелью и берегом еще образуется немалая ступенька, разве что не полуметровая. Если вам удалось съехать и не упасть, тогда добавим сюда непрекращающийся дождь и 30-процентный подъем сразу после высадки на берег!.. Степан ловко соскочил с темы преодоления таких сложностей, положив Crosstourer, как только съехал на «причал».

Для меня сценарий съезда не был столь драматичным: посмотрев на шоу от Степана и поправив флагшток с Чаком Норрисом, я бодро спрыгнул на R1200GS с аппарели парома, сместился на мотоцикле назад, добавил «газ»…— в общем, сделал всё, как учили редакционные «гуру грязи». Вот только BMW весьма вяло отреагировал на мои внедорожные экзерсисы, мгновенно зарывшись задним колесом по глушитель,—многообещающее начало! Хорошо, что мы съезжали с парома первыми, ведь благодаря устроенному нами представлению автомобилистам нужно было сначала вытащить застрявший R1200GS и оттащить Crosstourer, чтобы освободить себе проезд. Еще 30 километров до Хандыги мы пытались подстроиться под новый тип грунта: огромные скользкие валуны, очевидно, должные олицетворять собой грунтовку,—каменная дорога! Хандыга —поселок городского типа, бывший распределительный пункт ГУЛага с населением чуть больше 6000 человек и, по некоторым непроверенным данным, аж двумя гостиницами! Впрочем, по поводу существования второй гостиницы у нас достоверной информации не было. Но был заветный номер телефона обители странников, где останавливался Ян! Однако, несмотря на игрушечные размеры Хандыги, найти в ней что-либо ночью оказалось практически нереально. Основным освещением поселка являлись исключительно фары наших мотоциклов… К счастью, первый же отловленный абориген помог сориентироваться.

Думаю, при слове «гостиница» у некоторых читателей может сложиться неправильный образ: стекло и бетон, миловидная девушка на ресепшен, подземная парковка, SPA… В Хандыге почти так же: стекло и бетон —подъезд обычной пятиэтажки, подземная парковка —площадка перед домом, SPA —это полное раздевание вплоть до нижнего белья прямо в подъезде (иначе просто не пустят внутрь!), миловидная девушка —хозяйка многокомнатной квартиры, в которой живет она сама, и ее дочери, а парасвободных комнат сдается, причем за нескромные 1700 рублей в сутки. С человека. Что, дороговато за комнату на двоих в общей квартире?

 

Пожалуйста, можете поставить палатку хоть возле дома!.. Утром, глядя на лицо Степана, я мог поклясться, что он искренне верит, что всё вокруг —дурной сон, что просто надо перевернуться на другой бок, проснуться и оказаться в своей уютной московской квартире, где не нужно будет надевать перманентно мокрые мотоботы, бояться, что заклеенный радиатор Crosstourer в любой момент может снова потечь, что впереди будет полюс холода Оймякон, где уже за неделю до нашего приезда в Хандыгу выпал снег, что еще нужно что-то придумать с обросшими грязью мотоциклами, что совершенно непонятно, каким образом можно проехать почти 900 км за один раз, если возле Оротукана не окажется бензина на заправке…


Хандыга —Теплый Ключ —Развилка
Поскольку ночные температуры уже давно упали за «хороший минус», нам нужно было подстраховаться: после игрищ с радиатором большую часть системы охлаждения VFR1200X заполняла вода, и ночью можно было запросто получить разорванную рубашку охлаждения… В общем, нужно было купить антифриз. И вот еще: довольно нелепая для любого крупного города проблема, однако в Хандыге выросшая в целую стену преткновения,—нам нужна была автомойка, чтобы хоть немного отмыть мотоциклы от якутской грязи! Даже полностью исправные радиаторы BMW, кстати, расположенные намного выше, чем у Crosstourer, были забиты до такого состояния, что вентиляторы практически всё время молотили воздух, несмотря на «ободряющие» +3 °С! Что уж было говорить о нашем японском подранке. Попытки договориться с персоналом пожарной части не увенчались успехом. На выезде из поселка нам таки попался единственный работавший магазин автозапчастей (между прочим, в воскресенье!). Хозяева —армяне. Уж не знаю, как их судьба занесла в Хандыгу, но всё равно показательно, кто работает, а кто пьет водку… Кстати, у этих же ребят оказалась портативная мойка, которую нам любезно предоставили в пользование. 

Процедура снятия десятков килограммов грязи с мотоциклов оказалась отнюдь не лишней! Правда, в результате всех этих манипуляций из Хандыги мы выехали только в пять часов вечера. К этому моменту «Колыма» окончательно отделила нас от вечной городской суеты: мы уже никуда не спешили —потому что последнее, что можно пытаться делать в этих суровых краях, так это куда-то спешить. При таком раскладе вы гарантированно не то что никуда не успеете, но и точно никуда не доедете. Направление, состоящее из перекрещивающихся колей, образуемых довольно крупными камнями, могло стать для нас серьезной проблемой. Скажем, дней десять назад… Но после глиняных ловушек Якутии мы воспринимали такую дорогу просто как подарок судьбы, периодически позволяя себе даже 100 км/ч,—и пусть мне кто-нибудь скажет в лицо, что для таких условий и мотоциклов это не много! Затем был Теплый Ключ. Еще один ничем не примечательный поселок, детище ГУЛага, с населением в 800 человек. Впрочем, для нас это был очень даже примечательный поселок: после него и без того редкие машины (что-то из серии два автомобиля в час) полностью исчезли с трассы. Мир вокруг затаился и затих, «гравийка» как-то резко превратилась в горный серпантин, разумеется, ничем не огороженный, и мы стали резко забираться вверх.

В горах лежал снег. Был он и вдоль трассы, буквально метр-другой не дотягивая до нее,—кольцо зимы медленно сжималось… Мне много где довелось путешествовать, причем был я и в очень пустынных краях (скажем, в горной Тыве, где никаких дорог нет в принципе), но такого абсолютного безлюдья и мертвой тишины мне, пожалуй, еще ни разу не доводилось повстречать! Впереди нас ждали самые сложные и опасные участки трассы «Колыма»: Черный и Желтый прижимы, но мы видели их только вскользь. Кромешная мгла накрыла нас внезапно и бесповоротно. Слева —
скала, под колесами —чертовски скользкий скальник, справа в метре — обрыв, упасть в который можно лишь один раз… Однако, по непроверенным сведениям, где-то впереди должны были быть строители с обустроенными вагончиками для жилья, тяжелой техникой и, главное в тот момент,—теоретической возможностью ночлега для нас! Почему-то ставить палатку в ноль градусов прямо на камнях горного серпантина нам не очень хотелось. Более того, было совершенно очевидно, что ближайшие пару сотен километров этот серпантин вряд ли превратится в благоухающие свежими цветками альпийские луга… Потому вариант у нас был только один —вперед. Для полноты ощущения пошли первые броды, причем с «начинкой»: за ночь вода на их дне успевала замерзнуть, и получался такой слоеный пирог — сверху вода, внизу лед. Падать нельзя даже в теории, потому что силы были на исходе, а все стратегические запасы согревающих субстанций уже закончились. И хотя я противник ночной езды даже в городе, мы упрямо продолжали перемалывать скальник…

Где-то к часу ночи наша настойчивость была вознаграждена: мы увидели лагерь дорожных строителей… откуда нас вежливо, но настойчиво попросили ретироваться! Да, наверное, даже там никто никому и ничего не должен. Но впереди в 10 км был еще один лагерь, где нас «определили» в сушилку, предварительно заставив плотно отужинать в рабочей столовой. Но осадочек, что называется, остался: там, куда нас не пустили, работали москвичи… Много ли человеку надо для счастья? Смотря откуда брать точку отсчета. Помнится, где-то под Набережными Челнами (такое ощущение, что это было в другой жизни многие сотни лет назад) мы жаловались на удобства в коридоре и скромность убранств придорожной гостиницы. А сейчас мы были счастливы строительной бытовке, в которой рабочие сушили свою одежду, и где мы так шикарно смогли разместиться прямо на полу! Но сначала, как уже писал выше, бригадир «соорудил» нам фантастический ужин, а потом были долгие разговоры с рабочими, которые приехали на Колыму со всех уголков нашей необъятной страны (Север по-прежнему дает возможность хорошо заработать, в обмен предлагая экстремальные условия труда и ирреальные по красоте виды). Сюда стоило так долго ехать, чтобы хотя бы просто увидеть всю эту красоту.

Не знаю, как Степан, но я провалился в черноту сна почти навсегда, всё происходящее —лишь сон, сюрреализм… Магадан был всё также абстрактен и неприступен. Мы достигли точки невозврата, мы были там, где ломались сотни тысяч жизней заключенных, где до сих пор нет даже подобия дороги. Десять тысяч пройденных километров никак не приблизили Магадан, который для нас лишь мерцал далекой призрачной звездой другой галактики…


Развилка—Кюбеме
Утром меня разбудил рабочий, который деловито зашел в сушилку, где почти всё свободное от вещей пространство пола занимали два распластанных тела в мотоэкипировке. Аккуратно пристроил свою спецовку напротив тепловой пушки, посмотрел сквозь нас, как через воду —очевидно, мы были здесь далеко не первыми мотоциклистами, ночующими в этом «Хилтоне»… Пошел третий день нашего противостояния трассе. А мы не проехали и тысячи километров! Более того, бригадир строителей выражал серьёзные сомнения в возможностях нашего дальнейшего продвижения на север, обещая отрицательные температуры, снег на перевалах и гололед буквально через 30 км от строительного лагеря. Надо сказать, что он заблуждался: снег начал валить, как только мы проехали несколько километров, а температура воздуха почти сразу упала до –5 °С. К нашему счастью, снег ложился на совершенно сухую «грунтовку», сплошь состоящую из скальника,—не сказать, что в итоге получалось принципиально лучше «чистого» гололеда, но хоть какой-то зацеп в таких условиях все-таки был возможен! Вскоре выработалась тактика движения: третья передача, скорость 30 км/ч, обороты холостого хода и полное слияние с окружающей действительностью —то есть за рулем нужно было изображать из себя сильно мертвую скалу.

Любые попытки вмешиваться в процесс управления (как то: работа рулем, неловкое движение рукоятки «газа» или громкое чихание) немедленно приводили к полной дестабилизации мотоцикла! Но был и свой плюс —«колымский автобан» заставлял держаться в таком жутком напряжении, что холод уже практически не мешал. К сожалению, наше триумфальное снегоходное движение было безжалостно прервано бродом. Да, это был далеко не первый брод на нашем пути, но, как говорится в одном древнем анекдоте,—были нюансы! В нашем случае «нюансы» представляли собой горную реку с мощным течением и огромными скользкими валунами на дне. Глубина —около метра, ширина —около 40 метров. Разумеется, где-нибудь в тепличном Подмосковье, где всё и вся рядом, я бы даже попробовал проехать такой брод, не снимая ног с подножек, но здесь такой вариант не рассматривался даже гипотетически: изображать подводную лодку, находясь на одной из самых опасных и безлюдных трасс в мире, как-то не очень хотелось!.. И еще больше не хотелось потом пытаться вытащить тяжеленный мотоцикл из реки, удалять воду из двигателя, попутно разводить костер и заниматься прочими выкладками из главы «Камасутры» «Утопленный туристический эндуро».


Мы решили обойтись без этих увеселительных процедур. Поэтому после небольшой мхатовской паузы с обязательным «Не верю!» Станиславского я бодро окунулся вместе с BMW в один из притоков Восточной Хандыги. Набрав изрядное количество воды и адреналина, причем в одну и ту же «емкость» —штаны, спустя бесконечно долгие две минуты борьбы с потоком и «железом» обнаружил себя счастливым на другом берегу реки! Надо сказать, что наблюдавший всё это действо Степан не изобразил на лице все очевидные признаки радости от осознания и понимания того, что сейчас похожую роль придется исполнять и ему самому. Более того, признаков радости на его лице я не наблюдал с тех пор, как мы попали (причем во всех смыслах слова) в зазеркалье, в другой мир трасс «Лена» и «Колыма». Наверное, у меня тоже было бы меньше поводов для оптимизма, будь я килограммов на 40 полегче и сантиметров на 15 поменьше… Не могу винить напарника в ярко выраженном нежелании преодолевать тот брод самостоятельно —вполне мудрое решение, и хотя, как показала практика предыдущих дней, Степан неплохо справлялся со всеми бродами, глинами и прочими приятностями якутских направлений самостоятельно, очевидно, это был не тот момент, когда нужно было экспериментировать… В общем, я снова попал в ледяную сказку —на этот раз на VFR1200X. Говорят, что второй раз прыгать с парашютом даже страшнее, чем первый, потому что ты точно знаешь, что тебя ожидает… У меня была такая же ситуация, с единственной поправкой, что клиренс у Crosstourer меньше, а снаряженная масса —значительно больше, чем у BMW R1200GS… 

Брод остался позади, но снег продолжал усиливаться, постепенно переходя из состояния поземки во вполне серьезную метель. Времени для самозабвенных гимнов себе (любимым, бесстрашным, сильным, лучшим и т. д.) не было —каждая лишняя минута могла оказаться для нас роковой. Ведь еще несколько дней назад мы прошли точку невозврата. Что за точка? Я уже упоминал о ней выше. Есть такой термин у летчиков, для которых «точка невозврата» —момент, когда что бы ни случилось с самолетом, ты уже не сможешь вернуться назад, на аэродром вылета, не хватит топлива. В контексте нашего положения это означало одно: что бы ни случилось, никто бы нам не помог. Но помните, я писал о несчастной удаче, имевшей неосторожность связаться с нами? Ей снова пришлось поработать по полной: буквально каких-то 40 км снежного плена, и хитрая змея серпантина начала свой путь вниз! Нет, мы не спустились в силиконовую долину, сплошь усеянную абрикосами и играющими на арфах нимфами. Однако датчик температуры BMW впервые за три дня перестал показывать мне угрожающий значок снежинки — потеплело до +3 °С! Звучит немного странно? Поверьте, после променадов при –8 °С температура в +3 °С —это действительно «потеплело»!

Кюбеме —Усть-Нера —Сусуман
На нашем долгом пути по Дороге Костей это был самый сложный, самый тяжелый отрезок. Хотя забегать вперед и давать оценку сложностям «Колыма» нас уже давно отучила —как показывала практика перемещения по М56, всегда может быть еще сложнее или хуже. Почти непроходимый для этого времени года участок! Но сейчас мы уже подъезжали к знаменитой «бочке» —заправке возле поселка Кюбеме, где М56 раздваивается на два направления. Чуть ниже или, если хотите, восточнее, уходит Старая Колыма, которая хоть и сокращает путь до Магадана почти на 200 км, но делает это в теории. Этот участок М56 практически заброшен, количество и глубина бродов, а также фактическая возможность продвижения там даже полноприводных грузовиков — вопрос везения и стечения обстоятельств, вопрос времени. К сожалению, мы и так уже давно выбрали все имевшиеся у нас временные рамки, нахально забравшись в мешок (причем уже в чужой!) с надписью «Удача и везение», поэтому ушли еще севернее и выше, на Усть-Неру.

 

Благо в «бочке» неподалеку от Кюбеме был бензин!.. Наши тщетные надежды на горячий ужин в кафе или другие прелести цивилизации были убиты суровой действительностью: Кюбеме — это поселок в стороне от трассы с населением в 300 человек, и только одному богу известно, как там живут люди и что нас там ждало. На трассе же есть только эта заправка и больше ничего. Совсем ничего. Любопытно, что наклеек различных клубов любителей экстремальных путешествий на этой бочке в Кюбеме было куда меньше, чем на указателе «Якутск —Магадан»… Видно, что «Колыма» расставила всё по своим местам. А потом мы попали в прошлое, точнее —в тридцатые года 20 века. Прямо с трассы на нас смотрела история. Смотрела пустыми окнами заброшенных поселений, черными обрубками деревянных мостов, серыми силуэтами пустых пятиэтажек, мертвыми фабриками и школами, безжизненными остановками, вымершими предприятиями и больницами… Почти 300 км мы ехали во временном континууме —такая страшная машина прошлого, попасть в которое, поверьте, вы не хотите. 

Незаметно гравийная дрога стала постепенно улучшаться: видно было, что здесь поработал грейдер, и в какой-то момент мы даже держали около 160 км/ч! Да, по гравийной дороге, да —не самое умное, что можно изображать на тяжеленных эндуро на границе Якутской и Магаданской областей… Но впервые после Якутска условия позволяли развивать такую скорость. Разумеется, наш полет был недолгим. Нет, никаких катастроф и прочих дешевых журналистских штампов из серии «но вдруг». Просто впереди показался очередной деревянный мостик, на котором «прекрасно» стояли дальнобойные грузовики: один на нашей стороне движения, другой — на встречной, их водители общались. Между траками нельзя было протиснуться даже на велосипеде! На наше скромное «Мужики, нам бы проехать дальше» последовало несколько остроумных шуток о том, что обычно здесь спешат москвичи, что вот сейчас они поговорят, а потом мы все поедем, что можно еще и «по чайку пройтись» и т. д… В общем, шоу длилось еще минут 20, после чего грузовики поехали, а после, как, собственно, суровые северяне нам и обещали, поехали и мы.


Усть-Нера, также как и Кюбеме, осталась где-то в стороне от трассы. Снова пошли горные перевалы, но снега не было! По всем моим представлениям (никаких знаков не было!), мы были уже в Магаданской области, пройдя еще один часовой пояс. Таким образом, от Москвы нас отделяло три недели странствий и самых больших приключений в моей жизни, 11 000 км и восемь часовых поясов. В районе одиннадцати ночи наш экипаж болтался на М56 в окрестностях Кадыкчана —мотоциклы вели себя безупречно, установленный в Якутске новый Continental TKC80 (на оба мотоцикла) тоже держался бодрячком, и даже температура лишь слегка «упала» за ноль: было –2 °С, что в тех местах —практически черноморский курорт! Единственная проблема этого ночного «курорта» состояла в том, что все-таки инженеры и конструкторы компаний Honda и BMW при разработке как VFR1200X, так и R1200GS не учитывали, что их детища будут эксплуатироваться при отрицательной температуре. И если превратившаяся в «бетон» резина нас уже давно перестала смущать, то засохшая, а потом еще и замерзшая грязь на сальниках вилки аппарата Honda привела к вполне предсказуемым последствиям —вилка «побежала». Также было непонятно, как всё это издевательство выдержит «наукоемкая» подвеска BMW… При такой температуре воздуха даже самый хороший подогрев рукояток руля уже не работает (все-таки конструкция предназначена для мотоциклов, а не снегоходов!), то же можно было сказать и про нашу экипировку. Не то чтобы я жаловался… В тех краях это бесперспективное занятие — разве что на стоны о тяжелой судьбе выйдет парочка медведей, так сказать, посочувствовать… Был и ободряющий момент во всей этой бесконечной, затянувшейся на три недели фантасмагории: наконец-то мы проехали знак «Магадан 790 км»!

Эфемерный, вымышленный город все-таки приближался к нам, пусть и намного медленнее, чем мы планировали, но тем не менее до ближайшего форпоста цивилизации оставалось около 70 км, что было куда интереснее, чем пытаться достать палатку после всех предшествовавших этому чудному и теплому «южному» вечеру перипетий. Нужно было доезжать во что бы то ни стало! Километров за 30 перед Сусуманом мне удалось изрядно испугать обычно ехавшего сзади Степана. Неплохая по нашим меркам «грунтовка» позволяла держать 100–110 км/ч, чем я беззастенчиво пользовался. В голове уже мерещились огни Сусумана, где нас ждала пятизвездочная гостиница и хороший виски… Ну хорошо, в реальности было бы неплохо, чтобы в единственно возможном на тот момент варианте ночлега, в общежитии, была бы свободная комната, а хороший виски можно было заменить на водку, пусть даже самую дешевую!.. Мои грезы прервал Степан, яростно жестикулировавший о пикировании к обочине. В чем дело? Оказалось, последние 10 км я бодро ехал по тончайшему и очень скользкому суглинку, обильно размазанному по полотну «гравийки»! Да, мотоцикл «плавал» во все стороны больше, чем обычно, но я это списал на общую усталость, потому что ночью вижу приблизительно, как крот. А ведь я уже мысленно открывал консервную банку со шпротами, которой, правда, у нас с собой не было, но я очень надеялся ею разжиться в продуктовых магазинах Сусумана!.. Степан бесцеремонно разрушил мои мечты о царском отдыхе и королевских блюдах: по суглинку пришлось печально ползти 30 км/ч. И ведь Степа был прав —чертовски скользко! Но когда я об этом не думал, получалось ехать гораздо быстрее. Ночной Сусуман встретил нас работающим продуктовым магазином (удача!). Правда, по сценарию некоторых московских аптек, открытых круглосуточно, сразу после входа посетитель упирается в монументальную решетку и уже через нее рассказывает продавцу, что ему нужно. Проблема заключалась в том, что все местные прекрасно знают ассортимент и еще лучше знают, что им нужно — нам же было сложнее. Но уболтать пустить за решетку двух подозрительных персонажей в грязной, как все беспризорные дети Уганды, экипировке у нас не получилось —пришлось импровизировать… Зато удалось найти общежитие и заселиться в последнюю пустовавшую комнату! Мотоциклы были оставлены ночевать прямо на улице, и дело вовсе не в нашей безалаберности —такого понятия, как охраняемая стоянка, в городе нет, и, как нам пояснили местные, «здесь не воруют». Насчет последнего утверждения я не был бы столь уверен, но альтернатива у нас была только одна —ночевать возле мотоциклов. С учетом того, что ночью температура упала до бодрящих –15 °С (!), эта миссия была невыполнима!


Кстати, о климате Сусумана и о самом городе. Среднегодовая температура в этом райском местечке отрицательная и составляет те же –15 °С! Мы, как обычно, шли на грани и даже немного за ней… Скажем, выпавший при –15 °С снег запросто мог оставить нас в 700 км от цели! Но снега не было, а утром мотоциклы, покрытые инеем, стояли ровно там, где мы их оставили… Своему появлению Сусуман во многом обязан активному росту золотодобывающих артелей, инициированных Советским правительством. С 1949 по 1956 год здесь располагалось управление исправительных лагерей Заплаг — одно из самых больших на территории Советского Союза. Еще в 90-х город процветал: несколько промышленных предприятий, школы, больницы… население составляло 18 000 человек! После глобальных катаклизмов, постигших нашу страну в период распада СССР, численность проживающих в Сусумане людей сократилась более чем втрое, немного превышая 5000 человек на сегодняшний момент. Естественно, большинство госструктур было закрыто… Надо сказать, что всё, что находится на трассе М56, можно назвать забытым богом краем — современная Россия постепенно оставляет эти места…

Сусуман —Оротукан
Пошел четвертый день, как мы принимали солнечные ванны на Колыме. Сегодня должно было случиться то, во что мы уже давно не верили —мы должны были доехать до Магадана! Но М56 плотно закрепила в нас понимание того, что планировать здесь —заведомо мертвое предприятие, обреченное на провал еще на стадии предварительных расчетов. Попытка уехать из Сусумана в шесть утра была безнадежна: райская комната в общежитии с купленной накануне в ночном продуктовом «спецжидкостью» и термоядерной колбасой, очевидно, списанной по срокам давности в отходы еще при Советской власти, полностью вывели наши организмы из строя. Самое раннее, когда мы смогли собраться,—11 утра, да и воздух к тому моменту «прогрелся» до +1 °С! Практически Средиземноморский курорт! С утра меня даже хватило на шутку-сожаление, что у нас не было с собой крема для загара. Перевалив через очередной снежный хребет и донельзя расстроив ехавшего нам навстречу англичанина на Land Rover Defender, вероятно, полагавшего, что круче него здесь только остроконечные пики заснеженных гор, мы «свалились» в поселок Ягодное, где термометр BMW показал +14 °С! Такая амплитуда температур случилась на отрезке в 80 км. И это была не единственная радость на тот момент: в Ягодном, впервые за все
время после того, как мы переправились на восточную сторону Лены из Якутска, обнаружили (правда, совершенно случайно) работавшее кафе! И хотя покормили нас вполне сносно, но как здесь живут люди с такими ценами, для меня полнейшая загадка —первое, второе и компот на две персоны (именно так, как я описал —никаких гастрономических изысков и веселящих жидкостей) —1450 рублей!

Однако… В баках еще плескалось топливо, до Магадана оставалось чуть больше 500 км, персонал кафе нас уверил, что следующая заправка будет в Дебине, через 100 км. Вдобавок у нас еще был бензин в канистрах, который мы тащили с собой от самой Читы и еще ни разу им не воспользовались. В общем, по закону жанра, все условия для того, чтобы мы расслабились и потеряли бдительность, были созданы. Потому что в Дебине бензина не оказалось… Ну что, не проблема —у нас по-прежнему был некоторый запас топлива, а следующая возможная заправка должна была быть через 100 км — Оротукан. Заправка в Оротукане была… вот только на ней красовалась надпись «Бензина нет. Совсем нет». На вопрос о том, когда же
он будет, получили вполне исчерпывающий ответ: «Ну, на неделе должны привезти…» Дело происходило в понедельник. Приехали! Разлитого по бакам топлива из канистр даже в самом щадящем режиме хватило бы километров на 150. Следующая заправка (при условии, что там тоже не будет такой надписи по поводу бензина) находилась в Атке — это еще 230 км… Вернулись к закрытому поселку Оротукан. Почему закрытому? Не берусь судить, но прямо на единственном деревянном мосту, который ведет в населенный пункт, висел большой предупредительный щит о запрете транзитного транспорта! Хотя как таковой транзит через Оротукан невозможен, ведь он в стороне от трассы и за ним начинается
царство тайги!


Оротукан —еще один пример того, как Россия постепенно теряет то, что создавалось усилиями тысяч людей, отвоевывалось у Севера кровью. История создания поселка восходит к 30-м годам, но сейчас это уже не актуально. В центре —пустые глазницы выбитых окон девятиэтажек, остовы и скелеты когда-то жилых зданий… В Оротукане причудливым образом смешивается жизнь и смерть, ведь здесь всё еще проживает около 2000 человек, есть офисы золотодобывающих компаний, функционирует школа, отделение «Сбербанка», детский сад… В Оротукане мы остались еще на четыре часа, фактически покинув его только в девять вечера. Но я ни секунды не жалею о проведенном там времени! Такого формата общения с местными, совершенно искреннего и бескорыстного желания помочь мы точно не увидим по возращении домой. Нам «организовали» около 50 литров бензина, категорически отказавшись брать за него деньги (напомню, что в здешних местах стоимость Аи-92 в сентябре 2013 года составляла 44 рубля за литр!). Еще был ужин, обязательный крепкий чай (хотел было по привычке написать «сибирский», но потом осознал, что Сибирь для жителей Оротукана также далеко, как Москва или Вашингтон). Мы долго разговаривали о фактически брошенном и разрушенном в 2002 году градообразующем предприятии ОГОК (Оротуканский горно-обогатительный комбинат), которое объединяло несколько приисков и артелей… Мне бы хотелось ошибаться, но я не увидел каких-то перспектив возрождения поселка: мрачное окружение брошенных на сотни километров вокруг предприятий, городов, поселений, кажется, многотонной глыбой надвинулось на еще вполне жизнеспособный Оротукан —и нужно что-то действительно кардинальное, чтобы его не поглотила участь мертвых городов, чтобы его не растворила в себе Колыма…


Оротукан —Атка —Палатка
Нам оставалось всего 390 км до конечной точки путешествия —расстояние, которое преодолевается по асфальтовой дороге максимум за 4 часа, но… в тот день нам не суждено было попасть в Магадан. Для начала температура окружающего воздуха упала до –8 °С. В принципе, ничего криминального… если вы едете на машине. С мотоциклом несколько сложнее. Добавим сюда, что вся вода на трассе, разумеется, трансформировалась в лед. С грехом пополам, отогревая заледеневшие кисти рук на глушителях, мы сумели «шагнуть» еще на 100 км к берегу Охотского моря, и ровно в тот момент, когда я представлял себе, как мы победно въедем в Магадан с обязательной официальной делегацией встречающих, оркестром, фанфарами и десятками горячих девчонок, наконец-то, увидевших своих вожделенных мачо, я пропустил огромный камень размером с колесо хорошего внедорожника! Передняя часть BMW немедленно отправилась в низкий косой полет, в процессе которого успел высказать самому себе очень много интересного. Приземление получилось настолько несуразным, что шансов «отловить» мотоцикл на каменистом грунте при такой кривой «посадке» было совсем немного, но я попытался —терять всё равно было нечего… В итоге, совершив пару размашистых движений с двухметровой амплитудой по всей ширине «грунтовки» и выпустив «шасси» (спасибо тебе, природа, наградившая меня столь длинными нижними конечностями!), я каким-то чудом поймал «гуся» прямо на самом краю обочины. Встречной. Наблюдавший всё это цирковое представление Степан был на удивление спокоен и флегматичен: «Я думал, буду вытаскивать твои останки из пропасти». Милейший человек, что и говорить. Удивительно, но переднее колесо никак не отреагировало на удар такой силы —его геометрия не пострадала! Чего нельзя было сказать о ниппеле, который предательски стал пропускать воздух в месте, где он «стыкуется» с ободом колеса! Рассуждать о том, с какой это стати, и пенять на криворуких турецких гастарбайтеров на сборочном конвейере завода BMW мне в тот момент хотелось меньше всего. То, чего мы так ловко избегали почти весь путь —проколов или любых других проблем с покрышками —настигло нас всего в 290 км от конечной точки пути! Начались игры с имевшимися у нас герметиками для мотоциклетных покрышек (обоих типов: камерных и бескамерных) от Liqui Moly и почти игрушечным велосипедным насосом Continental. О, как я проклинал себя в тот момент, что сэкономил на размерах насоса, взамен найдя место в багаже для надувного матраса и даже двух складных стульев (!) —ни то ни другое ни разу не использовалось!


Спустя час шаманских плясок на хорошем для Москвы настоящем зимнем морозце мы восстановили статус-кво: герметик держал давление, раскиданный багаж был снова упакован и зафиксирован. Оставалось проехать еще… 40 км, чтобы начать всё заново: датчик давления в покрышках BMW R1200GS —крайне полезная опция, работающая на безопасность. В тех условиях, в которых мы оказались, переоценить его пользу просто невозможно. Все эти 40 км я внимательно наблюдал за цифрами давления на мониторе, которые постепенно снижались с «правильных» до совсем неприличных значений: 2,2; 2,0; 1,8; 1,5 и, наконец, 1,3…—дальше экспериментировать не стоило, снова приехали!.. На этот раз у нас уже всё было под рукой. Вгоняем в передний баллон еще один герметик Liqui Moly, двадцать минут упражнений с насосом на свежем воздухе, и давление в передней покрышке 2,4 — едем! Вернее, не так: Honda VFR1200X решил скинуть с «хвоста» туристическую сумку, и Степан, теоретически, принял верное решение — я отправляюсь в темноту Колымы в гордом одиночестве. Поскольку совершенно ничего не вижу ночью, держу не больше 50 км/ч, и Степа сказал, что догонит… Однако, пройдя уже больше 10 км, света в зеркалах заднего вида я не увидел. Не увидел я их и после 20 км…

Мистика
Степан догнал меня уже в тот момент, когда я думал разворачиваться для его поиска! Из-за огромного ветрового стекла VFR1200X ситуация для него выглядела следующим образом: «Было понятно, что «немец» ни при каких раскладах не хочет в Магадан! Совсем не хочет. В принципе, я даже мог его понять —это тебе не солнечная Бавария, где дородные официантки носят пиво на могучей груди шестого размера, а довольные жизнью швабы, поедая белые сосиски, рассуждают о нереальной крутизне своего туристического эндуро, на котором они героически сумели съездить до Литвы и назад… Наверное, мотоцикл Honda просто из солидарности тоже решил немного покапризничать напоследок: перестал включаться ближний и дальний свет фары, но с учетом дополнительного света Rigid Indrustries, который был установлен на мотоциклы еще в Москве, двигаться было возможно! Правда, сообщить об этой неприятности растворившемуся в кромешной тьме Колымы Здорову уже не получилось бы никак… Вдобавок, так сказать, без объявления войны, вдруг заглох двигатель! Хочу вам сказать, те еще ощущения на М56 в 3 часа ночи!.. Поворот ключа в замке зажигания — и все снова на своих местах: мотор ровно бормочет о своей тяжелой судьбе, со светом тоже никаких проблем! А вот уже видно и задний габаритный фонарь BMW R1200GS. Что это было? Мистика!» Таким образом, впервые за всё путешествие и за 11 800 км мы разделились и по одиночке проехали около 50 км! Отсюда вывод —в условиях, когда мобильная связь не работает по определению, разъезжаться даже в самых понятных и безобидных ситуациях не стоит!


Палатка —Магадан
Историческое воссоединение «Германии» с «Японией» произошло неподалеку от поселка со смешным названием Палатка. Здесь закончилась казавшаяся бесконечной грунтовая дорога и начался асфальт. Фактически здесь завершилось наше трехнедельное погружение в другую страну, погружение во вселенную вечной мерзлоты и жесткого бездорожья, являющуюся каждодневными буднями для местных. В другой мир, иные ценности, познание пределов собственных возможностей —ведь по большому счету техника выдержала все сложности этого пути. Главное в таких поездках — люди, психологический фактор. Как удивленно заметил канадец (которого мы встретили перед Якутском) на то, что мы столько времени едем вместе: «Вы всё еще друзья?!» Последние 80 км от Палатки до Магадана по асфальту —легкая прогулка, только при –8 °С. Но мы уже не обращали внимания на такие мелочи. Правда, асфальт здесь непростой, с сюрпризом: идеальное полотно, на котором можно разогнаться и до 200 км/ч, мгновенно обрывается в хлам разбитой «грунтовкой», а потом снова асфальт… Судя по отчаянным следам торможения, на этом «асфальте» попался не один водитель. Несколько раз в воздух отправились и R1200GS с Crosstourer, но после 3000 км ада для нас это было лишь развлечением. В 5 утра 13 сентября 2013 года, оставив позади себя 12 000 км, 8 часовых поясов и одни из самых сложных трасс в мире —«Лену» и «Колыму», мы парковались у стелы «Магадан», перед которой «обитали» каменные олени. Все-таки Север…


P. S.
Назад в Москву мотоциклы были отправлены транспортной компанией — фактически автомобильного сообщения между Магаданом и материком нет. Для жителей Магаданской области всё, что лежит западнее Колымы — материк, что неверно с точки зрения географии, но с учетом отсутствия полноценной дороги на Запад — вполне справедливо в реальности… Поэтому сначала мотоциклы отправились морским путем во Владивосток и уже только оттуда по железной дороге в Москву. Путь неблизкий, на момент написания этого материала они всё еще находились в пути…


P. P. S
Спустя два дня после того, как мы проехали горные перевалы в районе Оймякона, из-за сильнейшего снегопада трасса «Колыма» была закрыта. 

2013г.

Цена вопроса
Сколько стоит прокатиться из Москвы в Магадан на двух больших туристических эндуро? Вот что у нас получилось.

Топливо
Аи-95 и Аи-92 (оба мотоцикла показали идентичный расход топлива, в среднем — 6,8 л/100 км на всем пути) потрачено около 1700 л, из которых около 400 л Аи-92 по цене 44 руб./литр. Итого на топливо ушло приблизительно 58 000 руб.

Проживание
На пути до Магадана мы вместе со Степаном в общей сложности провели 19 незабываемых ночей, чем вызвали многочисленные грязные инсинуации наших коллег и постоянные звонки-проверки ревнивых девушек. В среднем каждая ночь обходилась около 2500 руб. на двоих (попрошу не читать между строк!), однако где-то мы вообще не платили за ночлег — как, скажем, в бытовке строителей или в байк-постах Кемерово и Могочи. А последнюю ночь мы просто ехали «до упора». Тем не менее за счет более дорогих гостиниц в Казани, Омске, Новосибирске, Красноярске, Иркутске, Якутске (здесь нам пришлось прожить четыре дня!) и в Магадане финальный расклад вынул из нашего бюджета еще 70 000 руб.!

Питание
У каждого свой подход к этому вопросу. Не могу сказать, что мы постоянно шиковали, скорее —наоборот. Тем не менее еще 60 000 руб.

Логистика
Авиабилеты Магадан — Москва: 30 000 руб. (за двоих) Отправка мотоциклов транспортной компанией из Магадана в Москву —80 000 руб.
Резина Metzeler Karoo 2 (один комплект), Continental TKC 80 (два комплекта) 45 000 руб.

Итого логистика —155 000 руб.

Штрафы ГИБДД —1000 руб.


Ремонт ключа зажигания Honda VFR1200X —2000 руб.
Ремонт радиатора Honda, покупка антифриза, герметика системы охлаждения, холодной сварки —1000 руб.
Туристические принадлежности (палатка, насос, надувной матрас, спальники) —10 000 руб.
Пластиковые 15-литровые канистры Extreme (2 шт.) —5000 руб.
Камеры для покрышек (4 шт.), инструмент —2000 руб.
Потрачено на мобильную связь в роуминге —3000 руб.


Итого за поездку: 367 000 руб.

Автор 
Опубликовано в Путешествия
Прочитано 2611 раз

        

+7(499)993-89-09    
[email protected]

Яндекс.Метрика